Это был момент, к которому Вернер Гейзенберг и Роберт Дёпель шли долгие годы. В июне 1942 года физикам удалось в подвальной лаборатории Лейпцига впервые в мире экспериментально подтвердить размножение нейтронов. Однако всего через несколько часов научный прорыв обернулся катастрофой. То, что начиналось как пионерская работа в области ядерных исследований, завершилось первой в мировой истории аварией на ядерном реакторе.
Поздний вечер 23 июня 1942 года. В здании Физического института Лейпцигского университета на улице Линнештрассе, 5, Вернер Гейзенберг и Роберт Дёпель работают над проектом, которому суждено изменить мир, «урановой машиной». Начавшись с научного прорыва первого в мире подтверждения размножения нейтронов, эксперимент заканчивается катастрофой, которая сегодня считается первым задокументированным ядерным инцидентом в истории.
В то время Вернер Гейзенберг считался «гением века» в области физики. В 1927 году, в возрасте всего 26 лет, он стал профессором теоретической физики Лейпцигского университета, а уже в 32 года был удостоен Нобелевской премии. «Гейзенберг был выдающейся фигурой среди немецких физиков-теоретиков, — говорил историк Райнер Карльш в документальном фильме MDR 2012 года, посвящённом этому происшествию. — Он пользовался мировым признанием и обладал исключительной научной репутацией».
Первый в мире ядерный реактор
Чтобы подтвердить свою теорию ядерной цепной реакции, Гейзенберг поручил экспериментальную часть исследований Роберту Дёпелю. Уроженец Тюрингии должен был создать установку для исследования деления уранатак называемую «урановую машину». Записи Дёпеля того времени сегодня хранятся в архиве Лейпцигского университета.
О том, что в начале 1940-х годов, в разгар Второй мировой войны, в Лейпциге велись исследования в области атомной энергии, тогда почти никто не подозревал. Ещё меньше людей знали, что речь шла о создании первого в мире ядерного реактора. В рамках немецкого «Уранового проекта» учёные исследовали возможности использования энергии деления атомного ядра. Уже после войны Вернер Гейзенберг вспоминал: «Начиная примерно с сентября 1941 года мы видели перед собой прямой путь к атомной бомбе».
Эксперимент с ураном
В Лейпциге Гейзенберг и Дёпель построили экспериментальную установку под названием «L-IV». Она представляла собой алюминиевую сферу, заполненную 750 килограммами порошка урановой руды, который в целях секретности обозначался шифром «Препарат 38».
Внутри сферы находилось несколько изолированных друг от друга камер. Центральная полость была заполнена тяжёлой водой, выполнявшей роль замедлителя нейтронов. Следующий слой состоял из порошка урановой руды, затем снова располагалась тяжёлая вода, а внешний слой представлял собой ещё один, толщиной около четырёх сантиметров, слой урановой руды.
Незадолго до этого измерения показали, что установка действительно производит больше нейтронов, чем поглощает. Это стало доказательством того, что самоподдерживающаяся цепная ядерная реакция принципиально возможна.
Катастрофа: начинается пожар
Однако радость от успеха оказалась недолгой. В один из дней Дёпель заметил, что из погружённой в воду «урановой машины» поднимаются пузырьки газа. Анализ показал: это был водород.
23 июня около 15:15 по распоряжению учёных мастер-механик Вернер Пашен открыл крышку одного из заливных патрубков. Внутрь установки проник воздух. Металлический порошок урана, который из-за негерметичных соединений успел отсыреть, бурно вступил в реакцию с кислородом воздуха. Началась химическая реакция, сопровождавшаяся огромным выделением тепла. Вверх вырвались языки пламени, по лаборатории разлетелись искры, а сама сфера раскалилась до чрезвычайно высокой температуры.
К вечеру ситуация становилась всё опаснее. Чтобы снизить давление внутри установки, было решено вскрыть её при помощи зубила. Но произошло невероятное: последовал второй взрыв, значительно мощнее первого. Учёные были вынуждены спасаться бегством. Гейзенберг и Дёпель покинули лабораторию и вызвали пожарную службу.
Пожарные в «атомном огне»
Около шести часов вечера сигнал тревоги поступил в профессиональную пожарную службу Лейпцига. На место прибыли 22 пожарных, не имея ни малейшего представления о том, что ожидает их в подвале университета.
Физики сообщили лишь о «лабораторном пожаре». Слово «уран» тогда ничего не говорило пожарным. Без защитных костюмов и дыхательных аппаратов они попытались потушить огонь водой. Однако это только ухудшило ситуацию: вода вступала в реакцию с раскалённым ураном, выделяя водород, что приводило к новым взрывам.
Лишь спустя двое суток пожар удалось окончательно взять под контроль с помощью белковой пены. От «урановой машины» осталась лишь бесформенная масса из грязи и расплавленного алюминия.
Предупреждение для будущего
К счастью, масштабного радиоактивного загрязнения удалось избежать. Поскольку использовавшийся уран не был обогащён, уровень радиоактивности оказался в миллиарды раз ниже, чем при современных авариях на атомных реакторах. Тем не менее пожарные вдыхали токсичные пары урана. Из-за уничтожения служебных протоколов так и осталось неизвестным, к каким долгосрочным последствиям для здоровья это привело и пострадал ли кто-либо из участников ликвидации пожара.
Авария 1942 года положила преждевременный конец ядерным исследованиям в Лейпциге. Сегодня она рассматривается как одно из первых предостережений атомной эпохи — свидетельство огромного потенциала ядерной энергии, но одновременно и её непредсказуемых опасностей.
Спустя всего несколько месяцев Энрико Ферми в Чикаго сумел запустить первый в мире управляемый ядерный реактор. Лейпциг же навсегда остался в истории как место первой неудачи в развитии ядерной энергетики.
Источник: MDR, Universität Leipzig
Фото: Freepik/Magnific
Читайте также: Что нового в июле 2026 года?
